На первый взгляд, речь может показаться стандартным дипломатическим шаблоном, но на самом деле это показательное заявление о предпочтительном для Китая глобальном порядке в сфере ИИ.
Первый тезис Си Цзиньпина касался открытости. Причина очевидна: Китай все еще отстает от США в области искусственного интеллекта, и открытость — единственный реальный способ для Китая наверстать упущенное. Именно поэтому Си Цзиньпин назвал ИИ «редкой исторической возможностью».
«Редкая» и «историческая» по сравнению с чем? По сравнению с более ранними периодами, когда Китай был исключен из доступа к стратегическим технологиям, таким как ядерные, которые как США, так и Советский Союз не предоставляли Китаю до тех пор, пока Китай в конечном итоге не разработал собственные.
Поэтому, когда Китай сегодня призывает к открытости, он выдвигает стратегическое требование, находясь в положении отстающего. Китай хочет получить доступ к глобальным моделям, талантам, чипам, исследованиям, экосистемам с открытым исходным кодом и техническим знаниям, потому что именно это ему необходимо на данном этапе.
Но никто не должен предполагать, что Китай останется сторонником открытости, став лидером. Как только Китай получит контроль над господствующими позициями, он вполне способен вводить собственные ограничения, как это уже было сделано в таких областях, как экспортный контроль над технологиями электромобилей и редкоземельными элементами.
Та же логика объясняет и второй тезис Си Цзиньпина: страны должны «совместно противостоять чрезмерному расширению концепции национальной безопасности в области ИИ и постановке безопасности одной страны выше безопасности других».
Проще говоря, Китай возражает против использования Вашингтоном национальной безопасности для ограничения доступа Китая к передовым чипам, моделям, облачным сервисам и другим технологиям, связанным с ИИ. Китай хочет помешать Соединенным Штатам перекрывать каналы, через которые китайские фирмы и лаборатории могут учиться у передовых западных моделей и перенимать их опыт.
Ирония заключается в том, что сам Китай был одним из самых активных в мире сторонников национальной безопасности. При Си Цзиньпине почти всё может стать вопросом национальной безопасности: данные, финансы, образование, идеология, продовольствие, энергетика, культура, технологии, платформы, цепочки поставок и даже развлечения.
Однако когда Соединенные Штаты применяют ту же логику к искусственному интеллекту, Пекин внезапно обнаруживает опасность «чрезмерного расширения» границ национальной безопасности. Принцип на самом деле не направлен против секьюритизации. Принцип таков: Китай должен иметь свободу секьюритизировать то, что он хочет, в то время как другие не должны секьюритизировать таким образом, чтобы это замедляло Китай.
Третий пункт Си Цзиньпина, касающийся инклюзивности и взаимного обучения между цивилизациями, продолжает ту же логику. Китай предостерегает от доминирования одной модели, то есть американской модели, и ссылается на цивилизационное разнообразие, чтобы создать пространство для собственного подхода к управлению.
(Генри Гао - профессор права)
