Пост для практикующих юристов.
Прошел год с момента принятия Dubai Law No. 2 of 2025, который пересобрал полномочия DIFC Courts.
Если говорить просто, суд стал сильнее как инструмент международного исполнения, но аккуратнее и жестче в вопросах собственной юрисдикции внутри ОАЭ.
За этот год стало понятно несколько вещей.
Во-первых, DIFC окончательно закрепился как суд, который может работать с активами за пределами Дубая. Речь прежде всего про worldwide freezing orders. Суд подтвердил, что может накладывать обеспечительные меры в поддержку иностранных судебных процессов, даже если ни стороны, ни активы напрямую с DIFC не связаны.
Ключевой критерий теперь другой. Важно не где находятся активы, а может ли будущий иностранный судебный акт быть потенциально признан и исполнен в DIFC. Это смещение акцента. Суд перестал быть территориально ограниченным и стал инструментом давления в трансграничных спорах.
При этом суд отдельно подчеркнул, что он не является универсальным мировым полицейским. Одного желания заморозить активы недостаточно. Должна быть логика дальнейшего исполнения.
Во-вторых, в части арбитража ситуация пока менее однозначная. Если для иностранных судебных процессов подход уже выровнен и расширен, то для иностранных арбитражей суды первой инстанции проявляют осторожность. Были случаи отказа в обеспечительных мерах, если арбитраж еще не начат или отсутствует связь с DIFC. Это выглядит как временный перекос, который, скорее всего, будет устранен на уровне апелляции, но на практике его уже нужно учитывать.
В-третьих, четко обозначены границы по anti suit injunctions. Суд готов защищать арбитражные соглашения и останавливать параллельные процессы, но только если у него есть юрисдикция. Сам по себе факт наличия полномочия не означает, что суд будет его применять. Если, например, арбитраж привязан к onshore Dubai и нет связи с DIFC, рассчитывать на защиту через DIFC уже не стоит.
Самый важный и при этом недооцененный момент это роль Conflicts of Jurisdiction Tribunal (CJT). Этот орган решает, какой суд будет рассматривать спор, DIFC или Dubai Courts. И его практика показала, что при наличии параллельных процессов и отсутствии связи с DIFC он может фактически остановить производство в DIFC.
Это создает новую тактическую возможность для ответчиков. Запуск параллельного процесса в onshore судах и инициирование спора о юрисдикции становится способом затормозить исполнение через DIFC.
При этом сама процедура в CJT стала быстрее и более управляемой по сравнению с тем, что было раньше, но риски все равно остаются и их нельзя игнорировать.
Главный вывод из всего этого в том, что логика работы со спорами изменилась.
Раньше сначала думали о том, как выиграть дело, а уже потом где исполнять решение.
Теперь все наоборот. Сначала определяется, где и как будет происходить исполнение, и только потом выстраивается вся процессуальная стратегия.
DIFC сегодня это сильный инструмент для трансграничных споров. Быстрый, эффективный, с возможностью работать с активами в разных юрисдикциях. Но это уже не универсальная площадка, куда можно прийти с любым спором. Суд ожидает, что стороны заранее понимают, что они делают, и как их действия вписываются в общую систему судов в ОАЭ.
В конечном итоге реформа сделала DIFC не шире, а точнее. Он стал более предсказуемым и более требовательным к стратегии.
И вопрос, который сегодня стоит перед бизнесом, звучит иначе.
Не с каким юристом идти в спор.
А в каком суде вы реально сможете исполнить решение.
Канал на Максе:
max.ru/pravovostoka
